Наш Александров
Весь город на одном сайте
Vk Odnoklassniki Facebook youtube
Сегодня
27 Ноября
Афиша
+7 (919) 019-36-53
glavred@nash-aleksandrov.ru
14 Августа
0 комментарив

Кирыч — Человек с большой буквы!

Признанный мэтр владимирской журналистики собрала под одной обложкой широкий спектр историй из своей богатой профессиональной практики — это и рассказы об уникальных людях, и этнографические зарисовки про исчезнувшие реалии, и горькие хроники уничтожения целых отраслей экономики.

Поводом для публикации этой главы стала установка 12 августа памятной доски почетному гражданину города Киржача и Киржачского района Валерию Кировичу Карамину.

«Глава в моей книге - дань этому Человеку с большой буквы», - говорит Светлана Биткина.

КИРЫЧ

В воскресенье 22 июля 2018 года мы простились с заслуженным деятелем культуры Российской Федерации, почетным гражданином города Киржача и Киржачского района Валерием Кировичем Караминым.

Похоронили его на маленьком сельском кладбище в деревне Пески под Вязниками. Среди невероятной красоты типичных российских пейзажей. Его сестры сказали, что он сам выбрал это место. В Песках восемнадцатилетний Валерий Карамин начинал свою трудовую биографию.

А в субботу с ним прощался Киржач. В течение четырех часов в районный Дом культуры, директором которого он был многие годы, шли и шли люди. Если бы добрые слова, которые там были сказаны, оживляли, то жить бы ему еще очень долго.

Кирыча любили в Киржаче. Да и было за что любить – скольких трудных подростков, благодаря Школе армии он спас от кривой дорожки, от тюрьмы, наставил на путь истинный, скольким проложил дорогу в жизни.

Познакомилась я с Валерием Кировичем Караминым в начале 2000-ых. Под его руководством на базе районного Дома культуры в Киржаче работала знаменитая Школа армии, которая благодаря создателю стала уникальной кузницей кадров для армии, аналогов которой не было в стране. Люди не поленились и посчитали. Оказалось, Школу армии Валерия Карамина закончили 1500 мальчишек и девчонок, более 800 из них посвятили свою жизнь службе в армии, среди его воспитанников три генерала, а уж полковников и не счесть, есть Герои России.

Он Школе армии писали, по материалам ее работы защищали кандидатские и докторские диссертации. Грех было пройти мимо такого человека и собкору «Российской газеты». Позвала с собой фотокора ТАСС Геннадия Григорьевича Попова. И мы поехали. Результатом нашей встречи стал большой очерк в толстушке РГ с прекрасным снимком моего коллеги.

Зачастую очерком или статьей знакомство с героем и заканчивается. Но на этот раз первая встреча переросла в многолетнюю дружбу. И произошло это так естественно, что мы с Геннадием Григорьевичем и не заметили. Видимо, Карамин оказался очень близким нам по духу человеком. С тех пор Геннадий Попов объездил с руководителем Школы армии и его воспитанниками всю страну от Черного до Белого морей. Привез из этих походов огромное количество фотографий и при поддержке Кирыча организовал немало своих творческих выставок.

Ну, а я стала «пожарником» – «тушила» словом пожары конфликтов, периодически возникающие вокруг Школы армии.

- Светланка, когда ты к нам приедешь? - спрашивал он меня по телефону. И я понимала - надо срочно ехать. Надо защищать Школу армии от очередных нападок. Но его беспокоили не только дела своего детища. Просил разобраться с грабительскими тарифами коммунальщиков в Киржаче. Верил в силу печатного слова. И я ехала и писала. А нередко встречала в директорском кабинете людей, которые еще недавно бросали его в трудную минуту. Выговаривала: «Как Вы можете с ними общаться? Они же вас предали!». А Кирыч только снисходительно улыбался, понимая, что слаб человек: один боится за карьеру, другой - за семью. Он любил людей.

Конечно, жизнь и его, и его Школы армии оказалась намного сложнее моего первого восторженного очерка. Это я поняла позднее. Но тогда все виделось в розовом свете. Валерий Кирыч был человеком-легендой не только в Киржачском районе, но и во Владимирской области, одним из опытнейших работников культуры, признанным авторитетом в области воспитания молодежи.

А родилась идея Школы армии у тогда еще самого молодого руководителя в сфере культуры Владимирской области. 18-летний выпускник режиссерского отделения Владимирского культпросвет училища Карамин возглавил только что открытый Дворец культуры совхоза «Спартак» в родном Вязниковском районе и начал налаживать здесь культурную жизнь. Но увидел, что не увлекает местных мальчишек кружковая работа, и стал подбирать к ним ключик. И подобрал. Организовал кружок друзей армии. Соревнования, походы, встречи с ветеранами, поездки в воинские части, освоение воинских дисциплин отвлекли сельских ребят от улицы, заронили мечту о благородной карьере военного. А получив назначение в Киржач, продолжил развивать свою идею, и, заручившись поддержкой командования Московского военного округа, преобразовал кружок в специализированную школу со своей программой подготовки к армейской службе, системой воспитания из обычных мальчишек и девчонок будущих защитников Отечества.

Как правило, достигают выдающихся результатов люди неординарные, не вписывающиеся в стандартные требования, играющие по своим правилам. Ведь именно общепринятые правила являются ограничителями на пути их инициативы и неуемного стремления сделать жизнь окружающих лучше. И они вольно или невольно пробивают эти ограничители на своем пути, вызывая острое недовольство, а порой и неприятие тех, кто по должности обязан блюсти эти порядки, то есть чиновникам. К таким личностям и относился Карамин. И мое знакомство с ним как раз пришлось на период острых столкновений с набирающим силу чиновничеством.

И конфликт то разгорался, то затухал с определенной периодичностью. А вопрос, быть Школе армии или не быть, фактически уже не снимался с повестки. То возмущались, что она находится в ДК, что не соответствует санитарным нормам. То общеобразовательная школа Киржача отказывалась принимать на учебу иногородних ребят из-за того, что у них нет местной прописки. А просители писали Кирычу не только со всех концов Владимирской области, но и со всей страны. Прежде – СССР, а теперь – России.

Удивляла двойственность: с одной стороны - уважение, почет, с другой - гонения или равнодушное молчание. Неподходящее помещение для Школы армии? Дайте. Не дали. Правда, предлагали казармы расформированной воинской части в Дубках, где после уроков курсанты проходили физическую подготовку. А где взять деньги на ремонт, оплату коммунальных расходов, на зарплату сотрудников? Привыкший обходиться малыми силами – личными средствами, финансовой помощью друзей и спонсоров и крохотным штатом, Карамин отказался.

Поступление в военное училище гарантировало детям из небогатых семей получение хорошего бесплатного образования на полном государственном обеспечении. Такой шанс давало качество подготовки выпускников киржачской Школы армии и, конечно, личные связи и авторитет заслуженного работника культуры.

Свои устные прошения он не раз подкреплял письменными рекомендациями известных космонавтов, с которыми дружил долгие годы. Одно ходатайство по его просьбе написала даже сама Валентина Ивановна Гагарина.

29 марта 1963 года в районном ДК Киржача выступал Юрий Гагарин. Эту встречу увековечила табличка на фасаде здания. Валерий Кирович еще не застал это время. Но потом долгие годы был связан с отрядом космонавтов. На киржачском аэродроме космонавты проходили парашютную подготовку. Здесь же учились прыгать с парашютами и юные курсанты Школы армии. Кстати, именно здесь и произошла наша первая встреча с Кирычем и его воспитанниками, а Геннадий Попов сделал свои первые снимки этого уникального коллектива.

Кирыч организовал фестиваль искусств «Звездный полет» и ежегодно принимал в своем очаге культуры лучшие творческие коллективы и солистов из Владимирской, Московской, Ивановской, Ярославской и Калужской областей. А финалистов вез на гала-концерт в Доме космонавтики в Звездном городке.

Его воспитанники неизменно стояли в почетном карауле на митингах в Дни памяти на мемориале на месте гибели Ю.Гагарина и В. Серегина. И мне посчастливилось быть всему этому свидетелем.

Как и у многих людей, занятых своим делом без остатка, личная жизнь у Кирыча не сложилась. Хотя попытки были. И он о них рассказывал откровенно. Первая - чуть не закончилась трагедией. Еще в Песках к нему прибился мальчонка из табора, Алешка. Позднее он станет его приемным сыном и родным человеком на всю жизнь. А юный, немногим старше его директор Дома культуры влюбился в его сестру. Но законы табора неумолимы. Уже в армии он узнал, что любимую отдали замуж за цыгана. И от нестерпимой душевной боли решился на самоубийство. К счастью, из петли в казарме его вытащили сослуживцы.

И все же Кирыч никогда не был один. В его квартире постоянно жили два-три воспитанника из трудных семей. Одну такую я видела в киржачской деревне – неработающая, пьющая мать, беспросветная нищета, грязь и отсутствие даже хлеба. У мальчишки не было денег на автобус, чтобы уехать домой на выходные.

И Кирыч поселил его в своей квартире, а чтобы не было нареканий у «общественности», сделал временную прописку, оформил опекунство. За собственные деньги нанял репетитора, который готовил курсанта к экзаменам в военное училище. И подобных историй немало. Для таких ребят это был единственный шанс пробиться в люди. И Кирыч его им давал.

А как он радовался, когда они поступали. С гордостью показывал письма от своих мальчишек, в которых они, повзрослев и переосмыслив все произошедшее, понимали, что сделал для них этот человек, и благодарили учителя. Как бы хорошо сохранить эти письма. Думаю, из них могла бы получиться настоящая книга.

Чем больше я узнавала Кирыча, тем больше он мне напоминал литературного героя из повести Куприна. Был такой дядька в кадетском корпусе, который на выпуск каждому из своих подопечных дарил по серебряной ложечке. А когда он умер, оказалось, что все, что зарабатывал, тратил на подарки кадетам.

У моего реального нелитературного героя тоже было бескорыстное, чуждое меркантильных интересов сердце. Как-то он признался мне, что завидовал только книгам и всю жизнь собирал библиотеку. Его домашнее собрание насчитывало несколько тысяч томов.

Спрашивала себя, почему у него получается то, что не получается у многих людей, которых принято относить к элите? И недавно поняла. Карамин - человек системы и в то же время несистемный человек. Как правило, попадая в систему, люди начинают грести под себя, используя ее преимущества. Он же эти преимущества всегда направлял во благо других. Благодаря этому своему свойству Валерий Кирович сумел сохранить свое детище и в тяжелые годы, когда ветераны стеснялись открыто носить военные ордена, а слово «патриотизм» было чуть ли не ругательным.

Он никогда не стеснялся говорить с ребятами о любви к родине. А для наглядности каждое лето возил своих мальчишек в походы по местам боевой славы. Геннадий Григорьевич Попов, за несколько лет объехавший с другом и его воспитанниками пол-России, утверждает, что многое Кирыч брал на себя, и вытаскивал такие поездки на своих плечах.

А вот одна из них чуть не закончилась для него большой бедой. Рассчитывая на связи Кирыча в военных училищах, чиновница из областной администрации попросила его принять в Школу армии своего сына. Он оказался совсем не таким, как рисовала мать. И прямо из похода неуправляемого подростка, нарушающего правила поведения, пришлось отправить домой во Владимир.

Но вскоре в местных газетах появились публикации о том, как в походе сверстники жестоко избили подростка при попустительстве руководителя, который якобы поощрял дедовщину в Школе армии.

Разразился скандал, против Карамина возбудили уголовное дело. Отстаивать свое частное имя моему герою пришлось в суде больше года. Мы с фотокором Геннадием Поповым были на судебных заседаниях в Киржаче и во Владимире. Переживали, что не выдержит его сердце. Обошлось.

Карамина хотели замарать, но не замарали. На суд поддержать его приходили родители курсантов. Я тоже хотела помочь, написала статью. Но в редакции поставили условие – мнение чиновницы обязательно. Оно оказалось заведомо невыполнимым. Честного разговора не получилось. Да, наверное, и не могло случиться. Вряд ли она хотела оказаться в положение унтер-офицерской вдовы, которая сама себя высекла. Так что статью в защиту честного имени Карамина не опубликовали. Позже на суде подросток признается, что его избиение было инсценировкой. Но эту информацию замнут, и за клевету никто не ответит.

Конечно, такие испытания не проходят бесследно. С Кирычем случился тяжелый инсульт. К счастью, помощь пришла вовремя. Любовь, которую Карамин отдавал чужим детям, не могла не вернуться к нему. Его бывшие воспитанники, ставшие большими военачальниками, подняли всю столичную медицину и поставили Кирыча на ноги. Говорят, после такого удара люди не выживают. А он вернулся в строй – к руководству районным Домом культуры и Школой армии.

Мыслил ясно, был энергичен. Только левая рука плохо слушалась. И я приехала к нему в очередной раз по звонку. Решением сверху Кирыча отстранили от руководства ДК. Ему же отвели убогую обшарпанную каморку, бывшую кинобудку на верхнем этаже - ни мебели, ни телефона, со старым окном, из которого дуло. Но Кирыч не сдавался. Привел в порядок маленькое помещение, сделал косметический ремонт с помощью учеников и друзей. У него еще оставалась Школа армии. Правда, теперь руководил ею молодой парень, которого он подготовил себе в преемники.

Последний раз я видела Валерия Кировича 22 августа 2017 года. Это был субботний день, и мы праздновали в кафе 50-летие его творческой деятельности. Собрались коллеги, родные и друзья. На юбилейную встречу приехала и его бывший преподаватель, профессор Московского института культуры Галина Николаевна Новикова. Она рассказала, что в институте издали книгу "Наши выдающиеся студенты". Один из ее героев - Валерий Карамин.

На прощание новый директор ДК пожаловалась: «Тянут с него деньги. Дает всем, кто попросит!». Говорилось это так, как будто Кирыч выжил из ума. Но нет, не выжил. Просто это был такой человек.

Комментарии
Комментариев пока нет
Материал
Светлана Биткина